Лаврентий Павлович Берия
Лаврентий Павлович Берия (29 марта 1899 — 23 декабря 1953) — советский государственный и политический деятель, Маршал Советского Союза (1945, в 1953 лишён этого звания). Входил в ближайшее окружение Сталина. Как глава НКВД (1938—1945) участвовал в проведении сталинских репрессий, в то же время проводил реабилитацию незаконно репрессированных. Курировал ряд важнейших отраслей оборонной промышленности, в том числе все разработки, касавшиеся создания ядерного оружия.
После смерти Сталина его политическая роль резко возросла, но уже в июне 1953 Берия арестован по обвинению в шпионаже и заговоре с целью захвата власти. Расстрелян по приговору Специального судебного присутствия Верховного суда СССР в декабре 1953 г. (существует версия его сына, Серго Берия, о том, что его отец был убит сразу же после или во время ареста в июне 1953 г., опровергается документами, содержащимися в засекреченном до настоящего времени, но все же частично опубликованном деле Берии, в частности протоколами допросов и записками Маленкову).
Размещено в: Люди | Комментарии (1)
Половинки
Было яблоко - сладкое , спелое,
И висело себе на дереве,
Но пришли , пополам разрезали,
Истекает яблоко срезами.
Раскидали в разные стороны,
И клюют половинки вороны,
Или где-то сохнут, возможно,
Но ничто им помочь не сможет.
Нас когда-то тоже разрезали-
Нашу душу одну ,неделимую,
И теперь кровоточа срезами,
Каждый ищет свою любимую.
Размещено в: Стихи о любви, Стихи, поэзия | Комментарии (5)
Ты просто чудо
Твои глаза - цвет неба в ясную погоду.
Улыбка, как пленительный закат.
И страсти океан, бушующий в невзгодье,
Ты просто чудо, лучше не сыскать
Размещено в: Стихи о любви, Стихи, поэзия | Комментарии (8)
Притчи от Лукавого - О красоте
И вот пришёл Лукавый к человеку и спросил: что есть красота для тебя, человек?
И сказад человек: не знаю я, как словами описать, что красота есть, но то что нравится мне, красиво, для глаз приятно, гармонично - то есть красота. То же, что безобразно, негармонично, неестественно - некрасивое есть.
А ты сам красив? - спросил Лукавй и улыбнулся. Застеснялся тут человек, ногой зашаркал, голову наклонил и сказал: Ну, наверно красивый, раз не безобразный. Скажи же, как сам думаешь, и меня научи, промолвил человек в ожидании.
И вот сказал Лукавый: много мест я повидал, и много созданий диковинных видел. И вот видел я одно из самых странных и безобразных. Представь: среднее оно по высоте, не высокое ни низкое, имеет мягкую плоть, а внутри его как-бы палки или ветки хрупкие засунуты как каркас, и доходят эти ветви внутри него до самого дальнего места в теле его. Плоть же его дряблая, свисает складками, цвета гниющего мяса, на ощупь холодная и к тому-же покрыта дурнопахнущими выделениями, иногда с пятнами безобразными, иногда покрыта редким неприглядным мехом с волосом тусклым. На концах лап растут у него из кожи как-бы когти, но кривые, слабые и ломкие, так что ни рвать ни царапать он ими не может. Ходит он медленно, переваливаясь и шаркая нижними конечностями, движения его неловки и часто он роняет вещи, что в лапах держит, или те, что вокруг него.
Уши у него снаружи тела, большие и вислые, и выглядят как куски плоти наспех к телу прилепленные. Но слышать он ими тоже хорошо не может. Слышит он только кваканье таких-же существ как он сам или только самые грубые звуки природы, его окружающие.
Глаз у него только два, и сидят они близко друг к дугу, а третий глаз у него совсем не развит и находится внутри головы его. Глаза его круглые и мелкие, и прикрыты плёнкой. И видит он только, когда светило его светит, ночью же он не видит ничего. И видит только внешнюю форму вещей и существ его окружающих, того же, что внути их он видить не может. Часто не видит он хорошо, и тогда берёт он кусочки камня прозрачного и смотрит через них, чтобы хоть что-то видить.
Посреди лица у него нашлёпка, комок плоти бесформенный с дырками - и это место у него, что бы вдыхать воздух. И запахи он чует только самые грубые, а некоторые и вообще ничего не могут унюхать.Чуть пониже у него на лице ещё одна дыра, и выступают из неё концы тех ветвей или палок, что каркасом для его тела служат. Концы же эти непрочны, часто ломаются и болят. Через отверстие это он пищу свою потребляет, и пережёвывает её, что бы она потом в теле его переваривалась. И из этого же отверстия он то и дело то рёв издает, то крик дикий, и речь его невнятная, как будто два камня друг о друга трутся.
О прочих же деталях и выделениях его, я тебе и рассказывать не буду, настолько противны они.
И свисают у них со всех сторон тела складки плоти. И вот, все эти существа разные - не из-за возраста, а просто такими рождаются. Одни большие, другие маленькие, толстые и худые, стройные и кривобокие, толсторукие или худоногие и даже цвет их кожи меняется от белого до чёрного.
И из каждого отверстия тела его сочятся жидкости разные, противного вида и запаха. И поэтому создание это должно каждый день мытся и чиститься, иначе начинает оно смердеть и выглядеть противно. Но и это не самое страшное в нём. Когда обнажено оно и чисто вымыто, то ещё можно глядеть на него. Но представь, что у существо этого огромное количество привычек разных, глупых и противных. И вот одно из них: кутает оно себя в обрывки тканей разных, непрочных и безобразных, отличающиеся тысячами цветов, форм и расцветок. И вот, существо это, что принарядило себя в самый некрасивый и безобразный кусок материи, считает себя самым красивым, а всех других ещё более глупыми и безобразнами, чем оно само.
Представь себе, сказал Лукавый, самую безобразную тварь морскую, которая бы плавала между сородичами и чем безобразнее была бы, тем более гордилась бы своим уродством. И рассмеялся тут Лукавый, и улыбнулся тут человек стеснительно, а Лукавый меж делом прололжил.
И вот, представь, что некоторые из этих безобразных существ, что бы как-то исправить и приукрасить своё безобразие, пытаются ещё что-то украсать на себе. Одни мажут себе шкуру или мех маслом, так что-бы они блестели , другие красят себе кожу, третьи вешают на себя побрякушки и ракушки, и каждый из них вышагивает как павлин, что-бы показать, что он лучше других. Представь себе их всех, со всеми этими ужимками, наряженных в побрякушки, убранных в обрывки материй, бозобразных цветом и фактурой, да к тому же полуслепых, полуглухих и полунемых, со всеми их ужимками, трясением тела и смехотворной подпрыгивающей походкой - таковы они, когда нравятся себе, когда считают себя красивыми и наряженными. А если хочет такое существо какую-либо эмоцию выразить, то тогда лицо его сморщивается, глаза подмигиваают, рот кривится, голос дрожит и становятся оно ещё безобразнее, чем было.
Но это только о теле пока говорил я, сказал Лукавый и нахмурился, а то же, что они между собой выделывают вообще и описать трудно. Представь, лучшим счастьем они считают мучить себя или других, таких же как они, существ. Мучить либо словами, насмехаться над другими, кричать на них, заставлять их служить себе и выполнять всякие обряды дурацкие, или поднимать их тяжести, или ещё как-либо унижаться. Или сажают других за провинности мелкие или за то, что те нарушили законы их глупые, в каморки маленькие да тесные, и страдают те, кто сидят там неописуемо. Или вот собираются они и начинают называть кого-либо из своего сообщества словами бранными и хулят его и иногда до того распаляются, что убивают многих и многих из сородичей своих, не щадя никого.
Или убивают других животных на планете своей, а затем пожирают трупы их. И разрушают и отравляют они всё, к чему только могут прикоснуться: и себя, и других существ, и природу, их окружающую. И часто убивают они животных или таких-же существ, как они сами, со словами, обращёнными к богу, дескать дела добрые они делают. И увидел тут Лукавый, что побледнел человек и зашатался и сказал он ему: тяжело мне рассказывать тебе вещи эти, но потерпи скоро закончу я.
И вот, продолжил Лукавый, считают эти твари себя лучшими из лучших, сыновьями любимыми господа нашего, а на самом деле насмешка ядовитая, язва и опухоль мерзкая на теле Божием. И не ведают они любви ни к друг другу, ни к Богу, а тех же, кто пытается начать чувствовать такую любовь, убивают с усердием, и называют таких недостойными чтобы жить. И вот, говорят они, что живут по законам Божеским, но нет такого закона, которого бы он не нарушали ежеминутно, ежесекундно. И самое главное твердят они, что живут с Богом в сердце своём и по милости его, но нет других таких существ, которые были бы дальше от Бога нашего и искажали законы его больше, чем существа эти.
И вот посмотрел с участием Лукавый на человека и сказал: а сейчас покажу я тебе портрет существа этого мерзкого. И хоть не хотел человек смотреть и отворачивался, но всё же подсунул ему Лукавый картинку волшебную. И вот взглянул на неё человек и увидел всё, как Лукавый рассказывал: и кожу противную и глаза маленькие и комки плоти на лице и по бокам его, и шерсть редкую и некрасивую на лице твари этой.
И вот заметил человек с ужасом, что когда он улыбается, то и тварь эта на картинке тоже улыбается, и когда он моргает, то и тварь эта тоже моргает, и вдруг понял он, кто тварь эта, и о ком говорил Лукавый и осмотрел себя с ужасом и упал без чувств. А Лукавый тем временем стоял рядом и терпеливо ждал.
И вот очнулся человек, осмотрелся и поднядся, а Лукавый тем временем продолжи: но не только о созданиях странных и безобразных расказывать тебе я буду. И вот, ещё об одном создании хочу расказать тебе. И вздрогнул человек и не хотел больше слушать. Но успокоил его Лукавый и сказал: не бойся, не буду больше тебя такими ужасами пугать.
И вот, создания эти - найболее прекрасные в мире, что я видел. Представь себе, как ангелы они, чисты и светлы ликом, высоки и стройны.
И лица их пропорциональны и подвижны, и передают мельчайшие движение души их. Глаза их ясные, светлые и лучатся, кожа тонкая, прозрачная и просвечивает плоть их нежная сквозь кожу. Пышные длинные волосы на голове их, тонкие брови и у мужских особей красивые бороды. Уши их небольшие и по бокам головы расположены, небольшие и формы красивой. Нос с двумя ноздрями, вырезан красиво, под ним рот, подвижный и гибкий, улыбается нежно и тонко. И когда любят они друг друга, то касаются один другого ртом и так ласкают друг друга. И глаза их как зеркало чувств и отражается в них то, что чувствуют они в этот момент, и как зеркало души глаза их - и если страдает душа, то и глаза их плачут, а когда радуется душа, то глаза их блестят и радуются. И волосы у всех у них разного цвета: у одних светлые как струящееся золото, у других тёмные, как ночь с блестками как звёзды, у третьих цвета меди начищенной.
И вот руки их как и всё тело, пропорциональные - не длинные, ни короткие, но складные и красивые. А на концах рук их - пальцы, тонкие и гибкие, сильные и изящные. Тела их продолговатые и стоят они на двух ног ногах, крепких и сильных. И вот, могут они своим телом управлять очень искуссно - и ходить красиво и бегать быстро и прыгать далеко. Искуссны они и в балансировании изящном и в танце: спокойном и медленном, как течение реки или в быстром и страстном, как пляска огня. Играют они на многих музыкальных инструментах, и музыка их подобна бржественной и прекрасно пение их, и голоса их полнозвучны и сладки, как у ангелов.
Искусны они и в поделках всяких: делают из дерева и из металла и даже из земли, вещи изящные и диковинные, глаза услаждающие. И вот изобрели они искусство, подобного которому нет нигде - могут они запечетлеть на куске дерева или ткани то, что видят глаза их, а лучшие из них, те, что наделены даром божьим, видят души божьи в созданиях этих и могут и души эти запечетлевать тоже.
И вот есть такие из них, которые желают не только на Бога нашего телом походить, но и душой. И вот ищут они, как такую душу создать и стать как боги. И вот знают они и помнят всегда, что все они создания Бога, и видят они Бога в каждом из них и во всех других созданиях на земле. И если один из них вдруг забывает на время об этом, то другие поведением своим, делами и словами напоминают ему об этом. И вот стараются они исполнять заветы Божеские в каждом деле и даже в каждои движениии своём, дабы как можно более походить на Бога нашего.
И вот, сказал Лукавый, снова с участием глядя на человека, должен я снова тебе существо это показать. Но вот - уже не боялся того человек. Взял он картинку эту волшебную и посмотрел на неё и увидел всё, как Лукавый рассказывал: И лицо нежное и красивое, глаза чистые, тонкий нос и изящные губы. И заметил человек, что когда он моргает, то и существо это моргает, а когда он улыбается. то и существо это улыбается и вдруг снова понял он о ком в этот раз Лукавый поведал ему, и снова упал без чувств.
А Лукавый всё также терпеливо стоял и ждал. И вот, очнулся человек, приподнялся и сказал: как же так? Двух существ ты описал - одно самое мерзкое и безобразное на свете, а другое самое прекрасное и ангелоподобное. И оба эти существа - люди? Такие же как и я? Кто же тогда я и каким себя видеть должен? И глядел с надеждой человек на Лукавого.
И сказал тот человеку: да, человек, всё это ты, вернее, всё это то, чем ты быть можешь. Захочешь - будешь тварью безобразною, противною и видом своим и поведением. Захочешь - будешь как ангел и видом и духом своим, и будут ангелы радоваться при виде тебя. Всё в твоих руках, человек, в том числе и знание о том, чем можешь ты быть, и о том, как достичь того чего хочешь, и о том, что помощь необходимую получить ты можешь. И если будешь ты к телу стремится и его обожествлять то и будешь иметь только тело, будешь звероподобным, а души у тебя не будет. Если же к душе будешь стремится, то со временем и у тебя будет душа и будешь ты богоподобным.
И сказал человек: не хочу я быть как животное, а хочу быть похожим на Бога, создателя нашего. И просил он Лукавого и заклинал, что-бы тот научил его. И вот пока солнце не зашло, видно было человека и Лукавого, сидящих под деревом, и учил Лукавый человека, а человек внимал ему внимательно и с трепетом.
Размещено в: Притчи | Комментарии (0)
Притчи от Лукавого - О человеке
И вот пришёл Лукавый к человеку и застал его плачущим. И улыбнуся Луквавый и вздохнул, и спросил: О чём плачешь ты, человек? И сказал Человек глотая слёзы: О себе я плачу, ибо жизнь моя тяжка и безпросветна.
Да, сказал Лукавый, жизнь твоя действительно тяжка и безпросветна, но не в том смысле, о котором говоришь ты. Тяжкой её называешь ты потому, что трудится должен от зари и до заката, дабы добыть денег и ублажить тело своё пищей, одеждой и ночлегом. Но не думаешь ты человек о том что важнее тела – о душе своей. Ибо душа твоя как рыба глубоководная – холодна, черна и безобразна. Вот о чём ты плакать должен. Ибо если работать будешь, то и денег заработаешь и тело своё ублажишь, а душа твоя такой-же, как и была, останеться…
И если есть у тебя вино в кувшине, то не важнее ли кувшина вино? И если будешь ты только заботиться о кувшине – мыть и приукрашивать его, а о вине – не будешь и останется оно кислым, горьким и мутным, то к чему все заботы твои? И если позовёшь друзей и покажешь им кувшин свой красивый и напоишь ты их вином этим – не станут ли плеваться друзья твои и лица свои морщить … Но если напоишь ты их вином чудным, крепким, на вкус и запах приятным, от которого опьянеют друзья твои и развеселятся в сердце своём, то не полюбят ли они тебя за вино это? И если даже кувшин некрасивым будет, но чистым и ухоженным, то не предпочтут ли они кувшин этот красивому, но с вином негодным?
И вот говорю я тебе, человек, о душе своей заботься. Но не ублажать её ты должен тем, что в данный момент хочется ей, и не быть рабом её и прихоти её исполнять, а быть хозяином её и другом нежным, и учителем, и обучать и развивать её и трудится заставлять. Ибо душа твоя как умелый ремесленник дожна быть, и если не работает он и не старается изо всех сил, то со временем теряет сноровку свою и секреты работы своей забывает, и поделки его люди во грош не ставят и смеются над ним. А если работает он и старается, то и поделки его ото дня лучше и лучше, и покупает народ поделки его с радостью, и имя его помнят и уважают. Если же он большим Мастером становится, то и к Царю его поделки посылают и тогда, быть может, и сам Царь Мастера видеть захочет и поселит его около себя и работой его радоваться будет. И задумался тут человек и высохли слёзы его и заблестели глаза его.
Но не лёгкая это работа – душу свою развивать и мастерства набираться – продолжил Лукавый. И поэтому помощь тебе нужна, человек, зеркало такое волшебное, что бы в нём ты всегда себя видел. И видел бы именно таким, каким ты есть на самом деле, без приукрас и без искажений ненужных. И тогда в зеркало это глядя, сможешь ты душу свою видеть такой, как она есть, и видеть как растёт она и развивается, как прекраснейшая роза в садах царских. А если работать не будешь, то увидишь, как душа твоя хиреет, и становится мелкой и злобной. И тогда не с радостью, а с ужасом и страхом будешь ты в это зеркало глядеть и себя видеть.
И может даже перестанешь ты в это зеркало смотрет, ибо не сможешь выдержать ужаса этого. И тогда уж никто не сможет помочь тебе, человек. И тут содрогнулся человек и побелел от страха.
И сказал Лукавый – вот, пришёл ты в этот мир учиться, человек. Учиться всему – в начале ходить и говорить, затем учиться миру в котором ты живёшь, затем как жить в этом мире и что делать для этого. Затем начинаешь ты, человек, жить в мире этом, и не знаешь, что вот ещё чему учиться ты можешь: зачем мир этот и зачем ты в нём и как самое главное в этом мире делать – как душу свою создавать и выращивать.
И зарыдал тут человек, и упал на колени, и вцепились его пальцы в руку Лукавого, и сказал он: прошу тебя и заклинаю, открой мне все секреты эти, ибо хочу я чтоб и у меня была душа. И поднял он взгляд и смотрел на Лукавого с надеждой. И склонился к нему Лукавый, и обнял его, и сказал – будет и у тебя душа, человек, если захочешь ты этого пуще всего на свете и стараться будешь и трудиться для этого. Ибо не ты первый и не ты последний, и многие по этому пути идут и души свои ищут и находят. Я же только могу зеркалом таким волшебным быть для тебя и тебя самого тебе показывать.
И вот сказал Лукавый – есть уже люди на земле, кто душу себе вырастил, и вот слова одного из них, седого, сидящего в коляске инвалидной : «И вот видя все эти звёзды и всё великолепие их, хватит ли их тебе, душа моя? И сказала мне душа моя – нет, мы пойдём мимо и дальше.»
И тут зашло солнце, спустилась тишина и тьма, и нельзя больше было видеть их в ночи – человека, коленопреклонённого, и Лукавого, обнимающего его.
Размещено в: Притчи | Комментарии (1)
Притчи от Лукавого - О правде и лжи
И вот пришёл человек к Лукавому и спросил – что есть правда и что есть ложь.
И повернулся к нему Лукавый и приблизился и блеснули глаза его. И увидел человек отражение своё в глазах Лукавого - в одном большое, в другом маленькое, в одном близко увидёл себя и в другом далеко, в одном сидящим и в другом стоящим, высоким и низким, в одежде и обнажённым, на солнце и в тени, смеющимся и плачущим, рождающимся и умирающим, живым и мёртвым, существующим и не-существующим, ангелом и бесом.
И зашатался человек и отвернулся, не в силах видеть себя так и пеленой покрылся мир перед ним. Но вот отдышался человек и сказал: зачем играешь ты со мной, мучаешь?
И улыбнулся и отвёл свой взгляд Лукавый и сказал: о правде ты говоришь, человек, но что есть правда твоя?
И сказал человек – всегда я стараюсь говорить правду о себе и о других, и если кто другой лжёт, того обличаю. И если скажу я неправду пусть отсохнет язык мой. Ложь же это когда кто-то говорит неправду намеренно, зная что это неправда.
И снова улыбнулся Лукавый и сказал: да, правда твоя человек проста как лист бумаги. На одной стороне написано на нём слово «правда» и на другой – слово «ложь» и всё, что не может находить на одной стороне - должно находится на другой.
И считаешь ты, что есть правда абсолютная, правда конечная и совершенная. И считаешь ты что можешь знать эту правду – конечную и совершенную. И улыбнулся тут Лукавый, а человек задрожал ….
И вот сказал Лукавый: Настоящая же правда вот в чём: правда есть не одна, их много. И есть такая правда, которую ты можешь постигнуть и есть такая которую – не можешь. И даже та правда, которую ты можешь постигнуть, вовсе не похожа она на лист бумаги, а похожа на пирамиду со многими уровнями. И как говорил я тебе что всё относительно, что и плохое и хорошее не существуют сами по себе, а только по отношению к цели, что есть у тебя; так говорю я что и правда и ложь также относительны и нет абсолютной правды и абсолютной лжи, а есть только больше правды и меньше правды. И чем ближе к вершине такой пирамиды, тем больше правды и чем дальше от неё – тем меньше правды. И то что дальше от вершины – то ложь по отношению к тому что ближе. И не можешь ты понять, человек, что даже то, что кажется тебе противоположным друг другу и противоречивым может быть в тоже время истинным и непротиворечивым, если посмотришь ты сверху.
И сказал Лукавый, вот представь, что говоришь ты с другом своим о жизни своей, и тут Лукавый почему-то улыбнулся, а человек почему-то опечалился; и жалуешься ему, что жизнь твоя тяжела и безпросветна, и что ты должен работать с утра до ночи, и нести все обязанности свои. А друг твой, любящий тебя, скажет что жизнь твоя хоть и нелегка, но всё же терпима, и что есть у тебя и жена преданная и дети, чтущие тебя, и родители и друзья, уважающие тебя. И что не многие из круга твоего живут такой жизнью устроенной. То кто же прав тогда будет между вами двоими? И не будет ли, что жизнь твоя тяжела, правдой? И то, что твой друг скажет тебе тоже правдой? И не будет всё ли это ложью, если посмотришь на жизнь правителей ваших ,или на нищих на улице, или на воинов в сражении? И разве они счастливы?
И вот говорю я тебе – нет ни правды ни лжи самой по себе, но всё зависит только откуда ты смотришь, и что знаешь и понимаешь.
И ещё скажу тебе, человек, сказал Лукавый, что твоя правда не есть правда Посланника или Пророка божьего или Будды, а их правда не есть правда Пославшего их, и над ним тоже есть правда, и так без конца… И представил тут человек всю пирамиду эту, всю «лестницу Якова» и почувствовал на миг ту правду, что ближе к вершине, и потерял он сознание своё и простёрся ниц…. А Лукавый в это время терпеливо ждал. И вот очнулся человек, оттёр рукой дрожащей лицо своё и спросил – а как же я, где же моя правда в порядке этом небесном? И спросил Лукавый – а где же правда муравья малого в мире твоём? И его ли правда - правда для тебя? И не есть ли мир твой гораздо больше и сложнее чем мир муравья? Так же и ты, как муравей в мире твоём, по сравнению с небесным порядком этим..
И как сам ты меняешся всё время, сказал Лукавый, так же и правда твоя меняется с тобой всё время, и вчерашняя правда будет тебе сегодняшней ложью, и сегодняшняя ложь – завтрашней правдой.
И что есть правда и что ложь? Не есть ли это только имена, или ярлыки, или суждения твои, которые выносишь ты, на основании только того что знаешь ты? И много ль ты знаешь? И тут снова улыбнулся Лукавый и как-бы вырос, а человек почувствовал себя маленьким и слабым и задрожал … Ибо если скажут тебе, что снег белый, и не видел ты снега ни разу в жизни своей, а потом скажет тебе ещё кто-то, что снег синий – не скажешь ли ты, что ложь это? Но если не видел ты снега, то и то и другое ложью для тебя будет….
И ещё скажу тебе, сказал Лукавый, что говоря и думая о правде, используешь ты слова, человек. Но разве ты сам и другие люди, с которыми говоришь ты, одинаково понимаете те же слова, что с губ ваших слетают? Вот говоришь ты кому, что любишь его. Но разве любишь его ты так же как и детей своих, как родителей, как жену, как Бога своего, что жизнь дал тебе? Для каждого из них у тебя своя любовь, а слово ты испольуешь одно. И нет так же ли и с правдой?
Вот если готов ты самую жизнь свою отдать за Бога, потому-что любишь его, то не будет ли ложью сказать, что любишь ты соседа своего? Ведь за него не готов ты жизнь отдать? Не ложь ли это, что любишь ты его? И тут снова Лукавый улыбнулся и похолодел человек в истоме. Вот видишь – даже когда хочешь сказать ты правду – ложь говоришь ты, человек. И не так ли это по отношению ко всем словам, что говоришь ты, человек? Ибо только ты понимаешь, что сказать хочешь, другие же только думают, что догадываются, что имел ты ввиду.
И вот – правды ты от меня хочешь, человек, правды – о правде и о лжи, но как судить о сказанном мною будешь? И засмеялся тут Лукавый и ушёл, а человек изменился в лице своём, и застыл как столб солевой, и простоял весь день и всю ночь в раздумии.
Размещено в: Притчи | Комментарии (0)
